...
  В мире        17 октября 2021        10         0

Даррелл из Тверского леса

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Избушка в дремучем лесу. А в ней — добрый бородатый человек, который лечит зверей. И волк целует его лицо; и лиса ему улыбается; и сова прилетает посидеть на его плече; и рысь, когда-то вылеченная им от смертельных ран и выпущенная в лес, приводит к нему показать своих рожденных на свободе детей; и аист, который живет у него во дворе, защищает его кур от залетного ястреба. И это не сказка! Ученый Алексей Мурашов уже более 30 лет живет в лесу, где остался с женой Яной после развала в перестройку большого советского центра реабилитации диких животных. И так живет с тех пор: лечит и Даррелл из Тверского леса. А недавно вообще организовал рысиный детский сад!

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

«Птичку жалко!»

«Добрый доктор», кстати, вообще не сидит под деревом. В трудах он уже часов с четырех утра. У лесных жителей — свой образ жизни, и к человеку они подстраиваться не будут. Раз животное ночное, значит, будет тусить ночью. Раз дикое, должно есть сырое мясо.

Поэтому, хоть мы и приехали довольно рано, Алексей Михайлович уже весь в работе — встречает нас с ящиком, полным мертвых размороженных цыплят.

— Сейчас будем кормить сов! — объясняет ученый.

В этом вся суть. Дикие животные и птицы — это не няшки из мультиков. И питаются они не йогуртами и мороженым. И вы даже не представляете, сколько диких животных гибнет именно в силу того, что люди об этом не знают. А выкормить малышей вообще огромный труд.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

За 30 с лишним лет работы по реабилитации Алексей Михайлович и его единственная постоянная помощница — жена Яна могли бы составить настоящую энциклопедию человеческого свинства. Ведь оно и есть главная причина страданий, смертей и даже полного исчезновения некоторых видов животных. И тут дело не только в экологии, которую мы портим сотни лет, а и в жестокости, и в невежестве, и даже в понтах.

Яркий пример — совы, которым здорово досталось в пору популярности Гарри Поттера. В те годы их было модно брать домой. И там-то птица замучивалась самым зверским образом — сидя в клетке для попугая, об которую обламывала перья, щедро закормленная колбасой, которую ей нельзя.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Аналогичные истории с белками, ежами, лисами, зайцами. И волками, конечно, — сейчас они оказались в группе риска все по той же «кинематографической» причине: из-за «Игры престолов», где у героев были ручные волки. Кого только люди не тащат домой! А потом не справляются и выбрасывают. Как и другим жертвам человека — браконьерства, оголтелой охоты, бездумной вырубки лесов. Если зверь после этого попал к Мурашовым, ему просто повезло.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Главное — бояться человека

В «Ромашке» — так называется реабилитационный центр Алексея и Яны Мурашовых — можно как раз увидеть, как выглядит осознанное общение человека с диким животным. Рык, лай, блеянье, чириканье — гвалт круглые сутки. И труд от восхода до заката. Не зря свое хозяйство Мурашовы называют «сумасшедший домик в деревне»! И всех нужно накормить, вылечить, обучить. А еще пообщаться! Вольеры, банки, бочки, ведра, огромные рулоны сена. На один я оперлась от усталости, так меня тут же обругал… козел! Это потому что его сено — хозяйство огромное, а жильцов много, и все с характером.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

— Зимой нам нужно около 25 кг мяса в день, а летом — до 50, в зависимости от количества животных, — рассказывает Яна. — Мышей по 2−3 штуки в день для каждого животного, которое ест мышей. Например, 4 мешка крыс в месяц уходит на одну рысь. Кур тоже нужно много. Раньше мы брали их на станции разведения животных. Сейчас не хватает, так мы устроили небольшой виварий, ловим мышей сами.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Хорошо, что я не к бочке прислонилась! Оказывается, бочки — это и есть виварий!

— Кладем в бочку корм, мышь за ним проваливается, — объясняет технологию Яна. — Ни капканы, ни давилки не подходят: нам же нужны живые мыши! Для чего? Чтобы животные, например, совы, сами учились их ловить, как в дикой природе.

Поэтому в доме, где живут сами ученые, тоже нужно быть осторожным — под полом находятся садки для обучения сов. Туда запускают мышь, и сова сама ее ловит.

— Она не должна видеть нас, не должна связывать факт получения корма с человеком, объясняет Яна, — Ведь главное в нашей работе — научить бояться человека, все беды животных от него.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Детсад на подходе

Правда, есть тут и такие звери, которые к человеку прямо льнут. Это кошки и собаки. Например, пес Сеня. Ему очень понравился наш ведущий Костя! Все время, пока мы снимали выпуск, он старался постоять рядом, и, глядя с восхищением, вздыхал: «Ах! Какой красивый!» И не скажешь по упитанному псу, что когда-то он пришел к Мурашовым настолько истощенным, что «просочился» сквозь прутья забора! Собаку, скорее всего, бывшие «добрые» хозяева попросту высадили на трассе.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Теперь же у Семена все в порядке, и даже трудоустроен — работает нянькой. Кошки и собаки у Мурашовых всегда при деле, приставлены к звериным малышам. Сколько такой мелюзги — рысей, волчат, лисят — воспитал самый легендарный нянь «Ромашки» — пес Нил, и не сосчитать. А скоро работы прибавится. Мурашовы ведь — ученые. Поэтому не просто возвращают к жизни зверей, а занимаются разработкой методики восстановления популяций зверей и птиц. Этот опыт уже реализован с совами-сипухами, которыми ученые регулярно пополняют территории в Краснодарском крае. А теперь на подходе рысиный детсад.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

— Эта идея родилась из очередной проблемы зверей и людей, — рассказывает Яна Мурашова, — На этот раз пострадали маленькие рыси. Оставшись без родителей, они идут к людям, где их начинают либо кормить, чем попало, либо убивать. Думали мы, думали, что делать? И так родился этот проект — «Рысиный патруль». Будем собирать малышей тут, обучать и выпускать. Кстати, обязательно напишите, что придумала эту идею друг нашего центра, волонтер Рыкунова Аня, она же зарегистрировала его уже как «Экстренная служба спасения» — процесс вовсю идет!

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Живая книга

Волонтеры, кстати, как и вообще неравнодушные к судьбе животных люди — это большая радость Алексея и Яны Мурашовых. А таких людей, как они отмечают, становится все больше. Помогают и соцсети, в которых биологи подробно рассказывают о своей работе, выкладывают видео, пишут истории про звериную жизнь, объясняют ее нюансы. Соцсети «Ромашки» — это уникальные «живые книги», где можно увидеть, например, и как с помощью линолеума, губки для мытья посуды и скотча Алексей Михайлович делает ортопедическую стельку для сломанной ноги аиста, и как Яна общается со спасенной малышкой-куницей, которая считает ее своей мамой. А можно вписать в нее и свою страницу: наглядно показывая свою жизнь, ученые просвещают население, как могут, а люди увлекаются, отзываются, помогают.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Конечно, это не сравнить с государственной программой, которая была в СССР. Но самосознание людей, понимание ответственности перед природой, все-таки понемногу растет. И подтверждает главное: все не зря, и даже один человек, если стоит на своем, может сделать мир лучше.

Даррелл из Тверского леса

Фото: из архива Алексея Мурашова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *